История строительства ДнепроГЭС

Хочу рассказать вам о самых масштабных стройках времен Советского Союза, которых было очень-очень много. Одним из них является детище первой пятилетки – ДнепроГЭС, один из символов отечественной энергетики.

ДнепроГЭС, Днепровская гидроэлектростанция— крупная гидроэлектростанция юга Украины, пятая, старейшая, ступень каскада гидроэлектростанций на реке Днепр, обеспечивает электроэнергией Донецко-Криворожский промышленный район. Электростанция находится в городе Запорожье, ниже днепровских порогов, и является старейшей среди каскада электростанций на реке Днепр. На основе Днепрогэс в Запорожье был создан металлургический, химический и машиностроительный промышленный комплекс. ДнепроГЭС входит в состав «Укргидроэнерго».

История ДнепроГЭСа очень интересна. С проектом строительства Днепрогэса связано множество мифов и легенд. Утверждается, например, что первый проект Днепрогэса, подготовленный инженером Генрихом Графтио, в 1905 году оказался на столе императора Николая ІІ, но царь недооценил перспективы гидроэнергетики. Казалось бы, что тут особенного? На то он и царь, чтобы тормозить научно-технический прогресс. Это еще что, вот в 1913 году епископ Самарский и Ставропольский Симеон докладывал графу Орлову-Давыдову: «На ваших потомственных исконных владениях прожектеры Самарского технического общества совместно с богоотступником инженером Кржижановским проектируют постройку плотины и большой электрической станции. Явите милость своим прибытием сохранить Божий мир в жигулевских владениях и разрушить крамолу в зачатии». Почему епископ считал строительство самарской дамбы крамолой? Потому что при этом были бы затоплены церкви и кладбища, что на протяжении всей истории человечества считалось кощунством. Царь отказался от строительства Днепрогэса по той же причине, хотя проект инженера Генриха Графтио предусматривал сооружение трех последовательных плотин и затопление сравнительно небольшой территории. Но пришли другие времена — в 1920 году тот самый Глеб Кржижановский, которого епископ Симеон назвал богоотступником, возглавил комиссию по разработке государственного плана электрификации России (ГОЭЛРО). ДнепроГЭС был одним из многих объектов плана ГОЭЛРО.

27 ноября 1926 года ЦК ВКП(б) и Совнарком СССР приняли решение о строительстве Днепрогэса. Опыта строительства крупных гидротехнических объектов в Советском Союзе и в Европе не было. В проектировании и строительстве использовался опыт таких ГЭС, как «Куинстон (англ.)» на Ниагаре, «Айль-Малинь (фр.)» на реке Сагеней и «Ла-Габель (фр.)» на реке Св. Лаврентия.

Автор проекта Днепровской гидроэлектростанции инженер И. Г. Александров предложил использовать весь перепад Днепра на порожистом участке в одном месте. В январе 1921 г. в Москве была создана проектная организация — Днепрострой, в начале состоящая из нескольких техников и инженеров во главе с И. Г. Александровым. Сотрудники этой организации изучали найденные в архивах Петрограда и Киева материалы ранее проведённых на Днепре геодезических и гидрологических изысканий, в летние месяцы они проводили работы на месте будущего строительства. По предложению А. В. Винтера дорабатывается и изменяется проект академика Александрова и проект производства работ, предложенный американской консультационной фирмой Купера. Вместо строительства в две очереди и установки турбин мощностью по 30 тыс. кВт Александр Васильевич на основании точных расчётов предлагает строить электростанцию в одну очередь, сократив число гидроагрегатов с тринадцати до девяти и применив турбины по 60 тыс. кВт. Соответственно увеличивалась общая мощность ГЭС до 540 тыс. кВт. Американцы в то время не делали турбин такой мощности и были поражены, когда советский инженер предложил сварную конструкцию генератора и ротора. Впоследствии энергетики всего мира стали использовать сварные конструкции в больших агрегатах.

Место под строительство станции выбрали у колонии Кичкас, в пяти километрах от тогдашнего города. Главным инженером (а вскоре и начальником Днепростроя) был назначен Александр Винтер, его заместителями были Борис Веденеев и Павел Роттерт.

31 января 1927 года Политбюро приняло решение о начале возведения Днепростроя, в котором было подчёркнуто, что оно должно вестись «собственными ресурсами при условии привлечения компетентной иностранной помощи» (Но остаётся вопрос почему же тогда на плотине Днепрогэса были установлены американские турбины, а шеф-консультант Днепростроя полковник Хью Купер был даже награжден орденом Трудового Красного Знамени?)

Благодаря удачному выбору места для плотины, затоплению подлежали лишь 16000 гектаров земель, на которых расположено 56 населённых пункта (из них 14 затоплены полностью, остальные — частично). Всего снесено 4176 двора, выделено 6969 тыс. рублей для компенсаций за отчуждённое имущество.

8 марта 1927 года первые строители прибыли в Запорожье, а через неделю — 15 марта 1927 года на живописном берегу Днепра, на скале «Любовь» (сейчас там расположен машинный зал ГЭС), затрепетало красное полотнище с надписью: «Днепрострой начат!». Торжественная закладка состоялась 8 ноября того же года.

Нанимали рабочих отовсюду: отставных военных, на биржах труда, крестьян. Очень много было так называемых «сезонников» или «отходников», то есть крестьян, которые после посевной уходили из деревень на заработки и возвращались назад в августе, когда начиналась уборка урожая. Текучесть рабочих была огромной — около 300 %, то есть, как писалось в одном официальном журнале, нужно было нанимать 5 рабочих, чтобы постоянно иметь одного. Самыми востребованными были высококвалифицированные рабочие.

Для повышения квалификации рабочих на Днепрострое были созданы рабочие вечерние школы, в которых профсоюзные работники, партийные активисты обучали их рациональному и нормированному использованию рабочего времени, требовали выхода на работу строго по расписанию, бережному обращению с инструментом, «перекуры» и посторонние разговоры запрещались. Американцы поставляли инструменты с названиями ключей, отвёрток. Инженеры переводили на русский язык эксплуатационные руководства и инструкции по безопасности, в местной прессе рабочих призывали учиться, повышать свой профессиональный уровень.

Что касается условий труда строителей, то о том, насколько они были тяжелыми, даже спорить не приходится. Сейчас в потерны — огромные бетонные тоннели в чреве Днепрогэса — ежесекундно просачивается всего лишь стакан воды, что свидетельствует об очень высоком качестве бетона. Еще бы ему не быть высоким, ведь строители Днепростроя круглый год месили его ногами. Американские консультанты даже заключали пари — как долго выдержат люди такую каторжную работу. Известно, что при строительстве «Дамбы Гувера», где широко применялись экскаваторы и бетономешалки, погибли 96 рабочих. Сколько строителей Днепростроя преждевременно ушли из жизни, никто не считал.

В Александровске американские консультанты жили c большим комфортом. Им предоставили несколько шестикомнатных кирпичных коттеджей, в каждом кухня, ванная, центральное отопление, горячая и холодная вода. Еду везли морем из США через Одессу. Имелись два корта с бетонным и четыре с грунтовым покрытием и место для игры в гольф.

Постепенно жилые условия улучшались и для рабочих — строились удобные жилые дома, фабрики-кухни, хлебозаводы, детские сады, столовые, бани, были высажены деревья, цветы и кустарники, построен водопровод и канализация. Многие советские и иностранные гости Днепростроя восхищались бытовой обстановкой в новых посёлках на берегу Днепра. И здесь надо отдать должное Александру Винтеру — первым делом он занялся бытовыми вопросами. На правом берегу была построена общественная столовая, рассчитанная на восемь тысяч обедов в день. Оборудование для столовой закупили в Германии. К 1928 году построили пять поселков для строителей на правом берегу Днепра и один на левом. Всего было построено 658 домов, общежитий и бараков, амбулатория, фильтрационная и пожарная станции, зимний и летний театры, школа, детсад и многое другое. У Винтера был прямолинейный и резкий характер. Ходил он в высоких сапогах, всюду заглядывал, щупал все руками, давал указания относительно малейших пустяков. Устраивал скандалы, когда видел какое-то безобразие. Требовал от местного исполкома запретить продажу водки. Когда же за ней ехали в окрестные села, Винтер отправил телеграмму правительству УССР:” Прошу запретить продажу водки во всем районе”. У него не было семьи, а на Днепрогэсе он поседел.

Строительство Днепрогэс:

За всю историю строительства Днепрогэса случались и аварии. Одна из самых крупных произошла весной 1928-го: упал забор из металлических шпунтов. Пошли слухи о диверсии. Но выяснилось, что аварию вызвало разворовывание крепежных тросов. Через 18 дней шпунты установили на место, а строительство не прекращалось ни на час. Оборот рабочей силы тоже не прекращался. На протяжении 1932 года на стройку приняли 90 тыс. человек, а уволили — 60 тыс.

В 1930 году компания General Electric поставила пять генераторов для ДнепроГЭСа. Девять турбин были поставлены Newport News Shipbuilding and Drydock Company, США. Первый агрегат был запущен 1 мая 1932 года. На открытии зажглись гирлянды электрических огней, на верху плотины загорелось имя Ленин, так плотина получила своё имя: «ДнепрГЭС им. В. И. Ленина».

Торжественное открытие Днепрогэса назначили на 1 октября 1932 года. Ожидали приезда руководителя государства Иосифа Сталина. Однако он посоветовал объединить пуск объекта с днем рождения начальника строительства — 10 октября. На пуск прибыли председатель Всесоюзного центрального исполнительного комитета Михаил Калинин, нарком промышленности Серго Орджоникидзе, первый секретарь ЦК КП(б) В Станислав Косиор, французский писатель Анри Барбюс. Из воспоминаний свидетеля, ”два дня шли банкеты в ресторанах на правом и левом берегу. На столах — большой выбор блюд, вина из подвалов Массандры. Демократия была полная: рядом с прославленным комбригом сидел рядовой колхозник, с академиком чокался монтажник. В конторах отделов стояли столы с водкой, мясом, хлебом. Кто-угодно мог выпить и закусить, сколько душа пожелает!”

10 октября того же года станция вступила в строй действующих предприятий. В 1939 году ДнепроГЭС достиг проектной мощности 560 МВт.

После окончания строительства электростанции В. А. Веснин писал в своей статье «Здание социализма» (Советское искусство, 1932):

В Днепрогэсе нам удалось достигнуть максимального сочетания целесообразности и красоты. Мы нашли наиболее выпуклое архитектурное выражение технической идеи Днепростроя, соорудив здание, красота которого заключается не в приклеенных лепках или нагромождении колонн. Мы в неизвестных до сих пор в зарубежной архитектуре масштабах применили такие строительные материалы, как стекло, марблит и другие. Это дало возможность раздвинуть стены сооружения, достигнув необычайной широты и простора в помещении, площадь которого не шире 20 метров, при длине в 250 метров.

В. А. Веснин

Себестоимость киловатт-час электроэнергии, вырабатываемой на Днепровской ГЭС, оказалась самой дешёвой в мире. Проектная себестоимость кВт⋅ч была установлена в 0,6 коп., а фактически в 1934 году она составляла 0,44 копейки. С 1932 по 1941 годы Днепровская ГЭС дала стране 16 млрд кВт⋅ч электроэнергии.

В начале Великой Отечественной войны, 18 августа 1941 года после прорыва немецких войск в районе Запорожья, плотина ДнепроГЭСа была взорвана по указанию советского руководства, оборудование машинного зала уничтожено. Взрыв 20 тонн аммонала частично разрушил плотину, вызвав многометровую волну. Исполнители были приняты за диверсантов и арестованы контрразведкой, но освобождены после вмешательства их руководства.

Подрыв Днепрогэса был произведён согласно распоряжению Генштаба. Согласно боевым донесениям от 19 августа штаба Южного фронта Верховному Главнокомандующему, подрыв осуществили начальник Отдела военно-инженерного управления штаба Южного фронта подполковник А. Петровский и представитель Генштаба, начальник отдельного научно-исследовательского военно-инженерного института военный инженер 1-го ранга Б. Эпов.

Число жертв, вызванных взрывом Днепровской плотины, дискуссионно, так как подсчётов сразу не велось. В современной литературе встречаются цифры от 20 до 100 тыс. человек. Эти цифры не подкрепляются никакими документами. Есть попытка обосновать число жертв в 20-30 тысяч, вычисляя количество войск и беженцев, которые могли находиться на левом берегу Днепра до Херсона. Методика данной попытки также оспаривается.

Для восстановления переправы через Днепр и электростанции разрушенная часть плотины была восстановлена немецкими строительными частями, а летом 1942 года вместо выведенного из строя заработало новое, немецкого производства оборудование гидроэлектростанции.

Осенью 1943 года при отступлении немцев плотина Днепрогэса снова была взорвана. При этом план полного уничтожения плотины не был реализован полностью, поскольку советским сапёрам и разведчикам удалось повредить часть проводов, идущих к детонаторам. Приказ был отдан командующим 1-й танковой армией вермахта Макензеном, а непосредственная ответственность за подрыв заряда, состоявшего из 300 тонн самой различной взрывчатки, возлагалась на командира 40-го танкового корпуса генерала Г. Хейнрици. Подрыв плотины Днепрогэса был среди пунктов обвинения немецких военных преступников в ходе Нюрнбергского процесса. Подвиг советских солдат, не допустивших подрыва, увековечен в памятнике, установленном на могиле Неизвестного солдата. При восстановлении с января по август 1944 года сапёры извлекли из тела плотины 66 тонн бомб и взрывчатых веществ, 26 тысяч мин, снарядов и гранат.

После войны проект восстановления Запорожья и станции возглавлял В. А. Веснин. При его консультациях возрождением комплекса занимался один из авторов проекта Г. Орлов. В этот период в архитектуру электростанции были внесены некоторые изменения, направленные на «обогащение» её архитектурного образа.

Американская компания General Electric поставила в 1946 г. новые генераторы для ДнепроГЭСа, взамен разрушенных во время войны. Вес генератора составил около 1020 тонн. Мощность генератора составила 90 МВт против мощности 77,5 МВт старых генераторов. Диаметр генератора свыше 12 м.

В 1947—1973 гг. главным инженером Днепровской ГЭС был Анатолий Яковлев. После войны первый гидроагрегат был включён в электросеть в марте 1947 г., а последний — в мае 1950 г. При Яковлеве была проведена реконструкция и усовершенствование основного и вспомогательного оборудования, что позволило повысить надёжность и экономичность работы гидроэлектростанции. Мощность восстановленного Днепрогэса превысила довоенную на 16 % и составила 650 тыс. кВт. Комплексная механизация и автоматизация производственных процессов, происходящая в 1950—1960-х годах под руководством А. Ф. Яковлева, повысила квалификацию персонала, вдвое сократила эксплуатационный персонал и увеличила межремонтный период гидроагрегатов до 6—8 лет.

ДнепроГЭС входил в Единую энергетическую систему Европейской части СССР и снабжал электроэнергией Приднепровье,Донбасс и Кривой Рог.

В 2008 году начата реконструкция машинных залов станции. Харьковское предприятие ОАО «Турбоатом» произвело на ДнепроГЭС II замену 6 турбин пропеллерного типа на турбину поворотно-лопастного типа ПЛ 40-В-700 номинальной мощностью 115 МВт и диаметром рабочего колеса 7 м, вес около 500 тонн. Поворотно-лопастная турбина позволит увеличить надёжность гидротурбинной установки, объём вырабатываемой электроэнергии, и может использоваться в более широком диапазоне по напорам и нагрузкам.


Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий

Популярное

Top